Pingvin(007)

Петрович, гад, конечно это заметил, залыбился радостно и снова мне в штаны полез. Я, как ошпаренный, выскочил из этого гнезда разврата и прислонился горячим лбом к холодной стене душевой. - Ну ты чего выскочил-то? Жень, ну тебе ж нравится, я вижу. Пойдем, вернемся. Привыкать надо, тут всегда так. Кому где приспичит. Понимать надо. Мы с тобой тоже везде будем ебаться. - Ты издеваешься? — я повернул голову и посмотрел на своего наставника. Тот только что слюной на меня не капал. — Как ебаться? У меня ж невеста есть… - Да и пусть будет твоя невеста, кто ж ее отбирает, -Петрович положил руку мне на задницу и сжал. - Ты, Женек, не бузи. У нас с тобой программа стажировки укороченная, всего две недели. А нам еще учиться и учиться. Ты ж не умеешь ни хуя. А если аттестацию потом не сдашь? Такую работу просрешь! Это ж мечта, а не работа! Где ты столько заработаешь? Потом локти обгрызешь. Ах, жопка у тебя какая хорошая… Так и съел бы… Петрович под свой бубнеж времени даром не терял, его руки вовсю шуровали у меня в комбезе. Теперь-то я понял, почему этот блядский комбез имеет застежку и спереди, и сзади. Я как загипнотизированный стоял спокойно, хотя чувствовал, что твердые пальцы Петровича тискают мои яйца и проникают в мой зад.  - Женек, пиздец… Ахтыжблядь… Ты просто создан для ебли, детка… — пальцы Петровича нагло проникали в мой зад, в эту святая святых, я насаживался на них жопой и чувствовал себя гомошлюхой. - Петрович, чо, блядь, со мной происходит? … -стонал я, еле сдерживая оргазм. - Просто ты наш пацан, Женек, -выдыхал Петрович, - не ссы… Все будет заебись, малой… Я бы, блядь, тебе щас так присунул… Но твоя ж жопка девственная, сссука… Ну подрочи мне хоть… Петрович елозил пальцами у меня в заднице, доводя до звездочек в глазах, а сам терся своим стояком мне о бедро. Я ж не сука, вижу, мужику приперло совсем, протянул руку и вздрочнул ему несколько раз. Петрович захлебнулся воздухом и кончил, обспускав мою руку и выписывая при этом замысловатые фигуры пальцами в моем заду. Я кончил следом, завывая и кусая губы. Ну еб твою налево… Ну чо делается, а? Ускоренная программа стажировки, мать ее за ногу. Еще утром я был нормальным пацаном, кончающим, засунув свой член какой-нибудь бабе между ног, а к концу смены я уже дважды кончил с мужиком, да еще и пустил его в свою жопу. Ну ладно, пока пальцы. Но это пока. Дело времени. Не маленький, понимаю.  - Женек, ну ты охуенный, -Петрович прижался лбом к моему плечу и хрипло дышал. - Чую, ты карьеру у нас на заводе быстро сделаешь. Ну все, пошли в душ и по домам. Смена закончилась. В душ? Раздеваться перед шоблой озабоченных гомиков? Ну нах… - Не ссы, -Петрович понял мой страх и по- хозяйски похлопал меня по голой жопе. - Тебя только твой наставник имеет право ебать и старший по должности. А там только такие ж работяги, как ты, и их наставники. Все издалека облизываться будут. Тем более за день уже все наебались. Пойдем, помоемся спокойно. Хотя я в душ заходил с опаской, прячась за широкой спиной Петровича, на нас там и правда не особо внимание обратили. Пара мужиков подошла, похотливо на меня глядя и одобрительно цокая языками, еще одна пара громко трахалась в крайней душевой кабинке, остальные просто мылись, потом переодевались. Да… Вот это я работу нашел… Пока ехал в автобусе, вспоминал сегодняшний день и боролся со стояком. Безуспешно. Перед глазами стоял сладко кончающий Вовка, а в заднице чувствовались толстые пальцы Петровича. Тьфу ты, черт… Я, было, начал загоняться, а потом вспомнил сумму месячного оклада в договоре, и снова убедился, что у меня самая охуенная работа. Дома мамка с Анькой накрыли стол и смотрели на меня в ожидании с такими радостными лицами, что мне захотелось бочком пробраться в свою комнату и закрыться. Вот чо я им, блядь, должен рассказать? Но жрать хотелось. Потерю белка нужно было срочно возмещать. Я с таинственным видом наплел своим женщинам про космические технологии, подписку о неразглашении и контроль над заводом ФСБ и Президента лично, пожрал за троих и стал сонно зевать. Анька намекала, что хочет остаться, поублажать такого важного работника, и вообще, как я понимал, сведения о зарплате тоже хотела выудить, но я ее отбрил. Сказал, что дико устал и хочу спать. Как раз это было правдой. Пока провожал ее в прихожей, она пыталась меня жарко целовать и засунула руку мне в штаны. Мой писюн даже не шевельнулся. Анька расстроилась. И сказала, что точно на заводе радиация повышенная, поэтому и секретность такая. Я таинственно пожал плечами и с облегчением выдворил невесту за дверь.

***

-Веришь, малой, дома еще два раза дрочил, тебя вспоминая, — Петрович едва завидев меня утром в цеху, облапил по-медвежьи и засопел в ухо. — Хочу тебя пиздец как.  - Петрович, а это ж, как его, а станки запустить? -попытался я уйти в сторону, хотя мой, сука, член уже поднялся, реагируя на мужика. Пиздец просто! - Да хуй с ними, со станками, ночная ж смена тоже есть, запустили уже нам все, - Петрович откровенно лапал мои яйца, дыша в ухо. Я представил, как ночная смена запускает для нас станки поебываясь в процессе, и тоже задышал тяжелей. - Петрович… я ж не могу так … сразу… - принял я последнюю попытку сберечь мою жопу от мужицкого хуя. - Так мы ж и не сразу… не ссы, малой… мы сначала пробку тебе в попку засунем, растянем… все как положено. -Не могу я с тобой сдерживаться, - с сожалением Петрович вытащил лапу из моей ширинки, застегивая и свои неизвестно когда расстегнутые штаны. - Уж больно ты сладкий, Женек. -Пробку? -я представил пробку от шампанского в своем заду и вздрогнул. А если застрянет? Кажется, я сказал это вслух. Петрович заржал и повел меня на соседний участок. Мамед с Вовкой там мирно работали, пялясь оба в какую-то микросхему. -Парни, здорово! -Петрович приветственно пожал руки обоим, я сделал то же самое. -Покажите новенькому, как пробку в попку вставляют. А то он у меня пугливый… Петрович заржал, вгоняя меня в краску, а парни переглянулись, полоснув друг по другу похотливыми взглядами, бросили нахуй микросхему и начали целоваться, щупая друг другу члены. Вскоре Вовка уже лежал на столе кверху жопой и раздвигал рукой свои ягодицы. Я пиздец возбудился, глядя на его розовато-коричневую дырку. Вот бы ему присунуть… Петрович мигом разгадал мои мысли, хохотнул, отвесив мне хорошего шлепка, и сказал, чтоб я не бежал вперед паровоза. Вот научусь всему, стану наставником, мне дадут новичка, и буду я его ебать сколько угодно. Я приободрился. Это как в армейке -сначала ебут тебя, потом ебешь ты. Тем временем Мамед, страстно целуя Вовку в плечо, достал какую-то штуковину, мало чем отличающуюся от пробки от шампанского, смазал чем-то и ввинтил в розовую дырку под сопровождение Вовкиных похотливых стонов. Мамед, сминая Вовкины губы, принялся двигать пробкой туда-сюда и распластанный на столе Вовка, кажется, собрался кончать. Я смотрел на все это, открыв рот и прикрывая наливающийся стояк. Когда Мамед с рычанием вытащил пробку и заменил ее своим хуем, Петрович потащил меня за рукав к нашим станкам, приговаривая, что мне кончать сейчас нельзя, а то пробку больно будет вставлять. Пробка вошла мне в анус как родная, я даже сам не ожидал. То ли я был под впечатлением от Вовки с Мамедом, то ли Петрович меня снова возбудил своим похотливым шепотом, но боли никакой я не почувствовал. Зато потом она стала давить мне там, внутри на какую-то точку, и ближе к обеду я уже сам стал кидаться на Петровича с просьбой мне засадить. Петровича долго просить не надо было, и на второй свой рабочий день, перекинутый через станок кверху жопой, я лишился анальной девственности под жаркие ласки Петровича.